— Куда едем, патрон?

— Сначала на улицу Рондо… Я хочу осмотреть место, где его нашли…

Залитая солнцем улочка не казалась мрачной, несмотря на близость кладбища и железной дороги. Издали они увидели нескольких зевак, которых удерживали на расстоянии двое полицейских, кумушек в окнах, играющих детей. Когда машина остановилась, к Мегрэ поспешил инспектор Борник и с напускной скромностью доложил:

— Я ждал вас, господин комиссар. Предполагал, что вы приедете, и позаботился…

Полицейские отошли в сторону, давая возможность увидеть на сером тротуаре нарисованные мелом очертания тела.

— Кто его обнаружил?

— Один рабочий-газовщик, он начинает работу в пять утра и живет в этом доме… Вон там, видите, в окне на третьем этаже его жена… Я, конечно, снял с него свидетельские показания… Я как раз дежурил ночью…

Поскольку вокруг толпились зеваки, момент для упреков был неподходящий…

— Скажите, Борник, у вас не создалось впечатления, что тело выбросили из машины или как-то иначе положили на тротуар?

— Конечно, его кто-то положил…

— Он лежал на спине?

— На животе… Поначалу можно было подумать, что какой-нибудь пьянчужка дрыхнет после попойки… А вот запаха алкоголя… Уж по части запаха я, скажу вам…

— Я полагаю, вы опросили жильцов?

— Всех, кто был дома… Главным образом женщин и стариков, мужчины-то ушли на работу…

— И никто ничего не видел и не слышал?

— Кроме одной старухи, она живет наверху, на шестом этаже, и, кажется, страдает бессонницей. Правда, консьержка уверяет, что она уже малость выжила из ума… Так вот, эта старуха клянется, будто в половине четвертого утра она услыхала шум машины… А машины в этом конце улицы проезжают не часто, она ведь кончается тупиком…

— А голосов она не слышала?

— Нет. Слышала только, как открылась дверца, потом шаги, потом стук захлопываемой дверцы…